Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. «Для чего вы нужны». БРСМ продолжает общаться с беларусами — попросил «честно» ответить на один вопрос
  2. Еще две области подняли цены на проезд в общественном транспорте
  3. «Я тут стоял, чтобы вы на ваш День Воли бело-красно-белый флаг на церкви не повесили». Политики и экс-политзаключенные — о Дне Воли
  4. Узнали, что за девушка присутствует на переговорах Коула и Лукашенко
  5. У налоговой могут возникнуть вопросы, если вы продали жилье и автомобиль. Что важно сделать, чтобы избежать проблем
  6. С молотка снова пытались продать имущество Виктора Бабарико — чем закончился аукцион
  7. В Минске расширят и продлят несколько улиц
  8. «Ожидают визита польского политика в Минск не ниже уровня замминистра». Rzeczpospolita — об условиях освобождения Почобута
  9. Российские автопоставщики нашли лазейку, которая помогает сильно сэкономить на покупке авто из ЕС. Схема работает через Беларусь
  10. «Да, они кучка ссыкунов». Посланник Трампа рассказал, как ругался матом и пил водку вместе с Лукашенко
  11. «Он дешевле в три раза, чем беларусский». Известная диетолог отправилась в итальянский «санаторий» и показывает, как там отдыхается
  12. Власти определили три района для ядерного могильника. В одном люди такого соседства не хотят
  13. Что за ЧП произошло в Гродненском районе? «Зеркало» узнало подробности — есть пострадавший
  14. В Украине задержали беларусского добровольца — бывшего калиновца
  15. Четыре области подняли цены на проезд в общественном транспорте
Чытаць па-беларуску


Андрей Шарендо, муж политзаключенной Полины Шарендо-Панасюк, рассказал, почему, по его мнению, жене не доходят передачи от родственников, пишет «Радыё Свабода». Мужчина подозревает, что кто-то специально мешает передавать еду его супруге после длительной голодовки.

Фото с сайта prisoners.spring96.org
Полина Шарендо-Панасюк. Фото с сайта prisoners.spring96.org

«Сегодня Полину посетил адвокат, которому она рассказала про последнюю передачу с воли. Это было 1 сентября. Передачи начинают принимать в 8.30, а уже в 9.00 ей в камеру принесли мешок яблок. Была указана фамилия, которую она не знает. Яблоки побитые, как будто собранные у дороги. Мешок старый, в таком обычно хранят картошку. И вес — точно 30 килограмм. Как раз столько, сколько дается на месяц для передач от родственников», — рассказал Андрей Шарендо.

«От тех яблок Полина отказалась, их выкинули. Но формально в сентябре на передачи она уже может не рассчитывать, потому что лимит (передач. — Прим. ред.) исчерпан», — отметил он.

Муж политзаключенной считает, что такой шаг с подарком от неизвестного «доброжелателя» был сделан специально. Цель — лишить Полину продуктовых передач, необходимых ей после продолжительной голодовки.

«Это попытка сломать ее перед судом за якобы злостное неподчинение администрации колонии. Точный день суда еще не назначен, должны провести где-то в начале октября. Но уже давят, чего-то от нее добиваются», — считает Шарендо.

Сейчас Полина Шарендо-Панасюк находится в Гомельском СИЗО. Она еще 23 августа объявила голодовку в качестве протеста против недопустимых условий в ИВС, куда ее перевели для «следственных действий».

Напомним, брестская активистка, мать двоих детей Полина Шарендо-Панасюк была задержана в январе 2021 года и в июне приговорена к 2 годам лишения свободы по статьям 364, 368 и 369 УК (оскорбление Лукашенко и представителя власти, насилие в отношении милиционера). Отбывать наказание ее отправили в женскую колонию №4 в Гомеле.

Женщина вышла бы на волю еще в прошлом году, но в колонии ее стали постоянно отправлять в штрафной изолятор, обвиняя в нарушении режима, а уже в феврале 2022-го возбудили уголовное дело по ст. 411 «Злостное неповиновение требованиям администрации исправительного учреждения». В апреле суд Железнодорожного района Гомеля вынес ей приговор — признал виновной и назначил еще год лишения свободы.

Отбыв свой увеличенный срок, Полина 6 августа 2023 должна была выйти из колонии. Однако еще с осени было известно, что против нее ведется второе дело по ч. 2 ст. 411 УК. Тем не менее новой информации не было, и семья до последнего надеялась, что, возможно, женщину все же освободят.