Приговоренного к смертной казни в Беларуси, а потом помилованного Рико Кригера обменяли 1 августа. И с того времени о нем ничего не известно. Мужчина не давал никаких пресс-конференций или интервью, также нет информации, где он сейчас и что с ним. Между тем после обмена уже в немецкой больнице с Рико находился еще один его участник, гражданин Германии и России Кевин Лик. Он смог пообщаться с мужчиной. Вот что об этой беседе Лик рассказал «Зеркалу».
Сейчас Кевину Лику 19 лет, его задержали, когда он был еще школьником, за якобы государственную измену. Российский суд приговорил парня к четырем годам лишения свободы. Лик попал в число 16 заключенных, которых обменяла Россия 1 августа.
Парень увидел Кригера уже в самолете из России в Турцию. Именно там, в Анкаре, и проходил обмен.
— Граждане США и Германии Пол Вилан, Эван Гершкович, Патрик Шебель и Кригер сидели ближе к пилотам, а мы, политзаключенные, — за занавеской, поэтому не могли общаться, — вспоминает полет Кевин. — И они оставались в самолете последними. Нас выпустили сразу, а их оставили. Их отпустили, когда на борт поднялся Красиков. Как мне потом сказал Кригер, их не выпускали из самолета до момента, пока он не появился. Рико был уверен, что если бы того не привели, то, может быть, они на обмен бы и не попали.
Дальше они вместе летели из Турции в Германию, но во время этого рейса Лику и Кригеру пообщаться не удалось. Раззнакомились они уже в немецкой больнице, куда их отвезли сразу после приземления, чтобы обследовать.
— Рико рассказывал, что в отношении него в Германии возбудили уголовное дело, — утверждает Кевин. — Он объяснял, что немецкие следователи должны разобраться, это предусмотрено каким-то международным пактом из-за того, что Рико обвинили в терроризме в другой стране. Еще он говорил, что в рамках этого уголовного дела у его подруги или родственницы (я точно не понял) прошли обыски. По словам Кригера, их проводила полиция.
Состояние Кригера Лик описывает как шоковое. О своих злоключениях в Беларуси он не рассказывал.
— Я не стал расспрашивать, потому что это большая травма и я представляю, что он пережил, — говорит Кевин и добавляет, что визуально немец выглядел нормально, ссадин или следов избиения на его лице и теле заметно не было.
— Рико показался мне обычным человеком, — продолжает Лик. — Не думаю, что он какой-то агент спецслужб. Он медик по образованию. Мы ходили по больнице в сопровождении ее сотрудников, рассказывал про технику, которая там была, говорил, что сам работал в похожем месте, был санитаром.
По словам Кевина, Кригер совсем немного рассказал о том, как оказался в Беларуси, но в детали не углублялся:
— Он повторял, что был санитаром в Германии, работал где-то в окрестностях Берлина. Хотел поехать в Украину в роли медика на добровольной основе. Говорил, что хотел спасать людей. Насчет его деятельности, связанной со спецслужбами, я ничего сказать не могу, не углублялся в это. Тем более, понимаете, у него сейчас дело в Германии и все, что о нем напишут, может быть использовано против него. Я так понимаю, что там была провокация. Возможно, со стороны спецслужб. Но к этому выводу я пришел уже после того, как прочитал о его деле в СМИ. Во время общения с Рико в госпитале я об этом ничего не знал.
